Однажды Боримечката проснулся, протер глаза и посмотрел на свой новый календарь. С него на Боримечката строго смотрел и грозил пальцем Архангел Гавриил. Боримечката вспомнил, что сегодня начался Великий пост и выплюнул котлету по-киевски в окно, в Киев. Ничего не поделаешь. Такова местная культура и фольклор приема пищи.

Боримечката сделал потягушки, почесал клетчатое пузо, встал, и, выйдя голышом, в одних кроссовках на горную прогалину слился с природой; позавтракал вместе с тарбаганами черемшой, щавелем и прочей руккалой.

С неба нависали неопрятные тучи. Казалось, Великий Небесный Чабан, погнав стадо в глубь Ойкумены, забыл старую больную овцу, и она улеглась на Землю, закрыв Солнце.

Радио молчало. Это обозначало две вещи. Или в мире кончились все новости и Раду опять распустили, или батарейки сели.

Боримечката склонялся к первой версии, потому, что розовый заяц, который таскал ему эти самые батарейки, божился и зуб давал, что это самый надежный и долговечный источник питания после Чернобыля. Как бы там ни было, скукота была страшная, и Боримечката решил залезть на вершину горы, замотаться в одеяло из волчьего подшерстка и захрапеть так, что бы с гор схлынули последние лавины.

Подняв камышовую занавеску, Боримечката позвал овчарку. Виталик с радостным лаем забежал в саклю и сразу кинулся к компьютеру, видимо решив, что Боримечката позвал его, что бы разрешить пошарить по собачьим порно-сайтам. Боримечката иногда ему позволял. Саперная лопатка, угодившая между торчащими ушами и холодным влажным носом, прервала электрическую цепь в нейронах мозга Виталика, отвечающих за удовольствие и вернула импульсы в овцеводческий отдел его гипоталамуса. Овчарка присела на задние лапы и изобразила виртуальные ежедневник и паркер. Ее деловитость растрогала Боримечката, и он решил оставить лопату на полу.

Отдав распоряжения о бараньем меню, Боримечката зевнул, взял свой тревожный кофр, и двинулся к вершине, а овчарка, виляя обрубком хвоста, умчалась на передовую.

Достигнув плато, Боримечката рухнул на терракотовую раскладушку и притворился спящим. На сорок восьмой день из притворного состояния полузабытья его вывел странный запах. Создавалось впечатление, что какая то нерадивая студентка неправильно добавила серную кислоту в воду. Боримечката приоткрыл веки и внимательно посмотрел вокруг. На фоне свинцового горизонта стоял элегантный чел, похожий на Миклована. Воздух был насыщен молекулами скатола и индола. Одним словом — вонь стояла страшная.

Боримечката почувствовал опасность, и в незнакомца полетела РГД-5. Обычно, такое действие превращало оппонента в углекислый газ и воду. Но в данном случае реакция не получилась. Незнакомец захохотал и Боримечката почувствовал холод в промежности и жар в гайморовых пазухах.

Такое противное состояние Боримечката испытывал только во время балканского конфликта, когда Дядя Сэм пулял в Боримечката умными бомбами, давая ему на обдумывание ответного хода десять секунд.

На решение задачи оставалась одна секунда и Боримечката, сделав кувырок, как его учили в Моссад, вытянул саперную лопату и по широкой дуге нанес удар челу в квадратный подбородок снизу вверх. Раздался страшный хруст и незнакомец с криком: « Ты, что, бл..дь, дурак?!» рухнул на каменное плато.

Боримечката с удивлением посмотрел на лопату, пытаясь найти на ней надпись «Аргентум». Ничего подобного не было. Было только МОСССР. Наверное, эта надпись обладала такой же магической силой, как и серебро. Боримечката посадил незнакомца на зад и первым делом спросил: « Ху а ю?». Тот в ответ замычал. Боримечката зачитал ему права и, обвинив демона в хищении гранаты начал допрос. В ходе аутодафе выяснилось, что незнакомец является представителем ада, и пришел предложить Боримечката социальные льготы, резиновых женщин, земли и служебный автомобиль в обмен на сущую мелочь — принципы Боримечката.

Из церковных аксессуаров у Боримечката были только нательный крестик и паяльная лампа. Вспомнив Торквемаду, Боримечката остановил свой выбор на втором. Через минуту от незнакомца остались только рога, копыта и флэшка с бланками договоров.

Наблюдающий в иллюминатор Архангел Гавриил  поднял трубку служебного телефона и доложил наверх, что Боримечката с искушением справился.