БОРИМЕЧКАТА.НАЧАЛО!

Однажды Боримечката  родился. Так назывался процесс инсталляции в той части Ойкумены, куда отправил его Великий Вселенский Чабан. Зачем и почему? Это Боримечката еще предстояло узнать.

Пройденное за столь короткий промежуток времени расстояние в сотни миллионов световых лет  негативно отразилось на состоянии Боримечката. В голове, что-то булькало и перекатывалось, все тело страшно ныло. Защитный панцирь пропал. Куда то делись красивые рога и перья. Он был голый и  беззащитный, без приборов и инструментов, даже самых примитивных. Все это так расстроило Боримечката, что он решил немедленно громко заорать и впасть в забытье.

Через какое то время Боримечката очнулся и попытался сориентироваться. Он был туго замотан  как кокон, во рту было, что-то вкусное и питательное. Немного покряхтев, Боримечката удалось вывернуться и кинуть взгляд на звездный рисунок в окне. Судя по всему, карма забросила его в самый запущенный уголок Вселенной, в начало Млечного пути, может быть даже в Солнечную систему. Для Космоса это было как Гарлем для Нью-Йорка. Здесь совсем недавно расщепили атом и пытались летать в примитивных аппаратах, заправленных керосином на стокилометровую высоту. Боримечката вспомнил, что  в этих дебрях сгинул его кунак Румата Исторский и ужас охватил его. Боримечката истошно заверещал и  вопил, как резаный следующие три года  по местному летоисчислению. К тому времени он окончательно забыл, кто он, откуда, и как берутся интегралы. Как и все сверстники, он глупо улыбался, пускал пузыри, поглощал  и выделял из себя вещества, разной консистенции. Теперь, не то, что вычислить свои координаты, свое имя он не смог бы выговорить. Великая тайна окутала примитивный мозг Боримечката, и предстояло много поработать, что бы дойти до уровня развития хотя бы улитки с Альдебарана.

После того, как у Боримечката зарос родничок — единственный портал, связывающий его с прошлой жизнью, он решил, что надо как-то приспосабливаться к существованию на этой  планете. Время от времени у него возникали яркие картинки из прошлого, но Боримечката  их нещадно пресекал, что бы не прослыть сумасшедшим ребенком.

Боримечката постепенно исследовал и сравнивал с прошлым, окружающий его мир, доставляя всем мамкам и нянькам массу приятных и не очень моментов. Он бесстрашно совал свои пальцы в электрические розетки и собачьи пасти, пытаясь найти там разгадки мирозданья. Далеко, в глубине подсознания, Боримечката чувствовал, что он знаком  с последствиями таких явлений, как удар током или раны от укусов. Но, где именно и когда он испытал их, вспомнить  не мог. В конце концов,  Боримечката решил плюнуть на все и начать добывать знания сначала. За очень короткий срок он выучил эти примитивные сигналы, называемые языком и интонацией и довольно бойко ими пользовался.

***

Но самообразование никогда не нравилось Боримечката. Нужен был тренер, или как сейчас модно говорить коучер. И Боримечката его нашел. Это был дед Боримечката — бравый Георгиевский кавалер.  Для начала он научил Боримечката материться. Это сделало коммуникационные мостики между внуком и дедом  крепкими и гибкими как лианы. Боримечката, невзирая на свои три года, матерился изощренно и элегантно, наводя на всех ужас и умиление одновременно. Это ему очень нравилось. Подспудно Боримечката чувствовал в этих словах, какую то магическую силу. Они были как заклинания. За такие заслуги в области лингвистики, Боримечката был поощрен фотосессией.

Как-то рано утром, Боримечката проснулся, и его сразу начали весело тискать. Потом его выкупали в череде стиральной пастой Ландыш и накормили манной кашей через соску с большим отверстием, для скорости. Боримечката удивился этим приготовлениям. В детстве его баловали редко, не то, что сейчас. Затем, Боримечката одели в новый комбинезон из «чертовой кожи», а на голову водрузили шапку с рюшами. В руки ему дали нового плюшевого медвежонка.  Фотограф попросил Боримечката смотреть в объектив, из которого должна вылететь птичка. Боримечката вытянул руку с оттопыренным большим пальцем вперед и выдал нагора метафору, специально заготовленную вместе с дедом для таких торжественных случаев. Фотограф выронил аппарат, у него отвисла челюсть, и он десять минут корчился на полу от смеха. Поэтому, на фотографии Боримечката получился в верхнем левом углу. Глядя сейчас, через столько лет на это фото, Боримечката всегда плачет от умиления. Закончив снимать, фотограф подошел к Боримечката и пожал его маленькую ручку. В знак благодарности, Боримечката предложил ему своего нового мишку, но тот  отказался. Тогда Боримечката открыл горящую печку и запихал туда игрушку. Для Боримечката он все равно уже умер. Какая польза от дохлого плюшевого мишки? Кремация – лучший закрепитель для воспоминаний. С тех пор, Боримечката страшно не любил, когда от его подарков отказываются.

***

В то время как Боримечката рос по дням, менялся и мир вокруг него.  Боримечката почувствовал, как немножко повзрослел. Куда то исчез запах аммиака. И это натолкнуло его на мысли о скорых переменах.

Однажды на Боримечката  надели  красивый костюм в зеленую клетку, сунули ему в рот леденец на палочке и куда то поволокли. На вопрос, куда мы все так торопимся, ему обещали, что там, куда его ведут, Боримечката   испытает   массу удовольствия от развлечений. Боримечката почувствовал подвох и решил действовать по обстановке.  То место, которое для Боримечката презентовали, как Лас-Вегас называлось «Детский сад». В отличие от взрослого сада в нем не было ни одного не то, что бы  фруктового дерева, но даже  самой паршивой акации,  и он, почему-то был обнесен высоким забором с колючей проволокой на верху. Боримечката сразу засомневался в функциональности этого заведения. На всякий случай он нагнал немного слез в гайморовы пазухи и за веки, и начал недовольно посапывать. Никто не обратил внимания на бойкие приготовления Боримечката к маленькой домашней революции, и он был передан из рук в руки доброй женщине вместе с одним долларом. Доллар гарантировал целостность и сохранность Боримечката в течение всего сезона.

Делать было нечего и, Боримечката решил осмотреться. Территория этого чистилища была заставлена квадратными серыми зданиями, стены которых чья то добрая душа украсила цветными комиксами на сказочные темы. Особенно впечатлила Боримечката столовая. На ее стенах был изображен Серый волк, с хрустом и аппетитом пожирающий Красную шапочку сзади. Лицо при этом у Красной шапочки источало глубинное удовольствие. Боримечката понял, что ей совсем не больно, или боль довольно приятная. На спальном корпусе была изображена Белоснежка, укладывающая спать семь гномов. Она уже накрыла их цветастым одеялом и сама стоя, в нарядных панталончиках готовилась задуть свечу. Лица гномов, обращенные к ней, были наполнены томительным ожиданием, когда же она, наконец, задует эту проклятую свечу и присоединится к ним. Одним словом, художник был большим приколистом.

***

Первым делом, Боримечката решил разместиться в детской иерархической пирамиде как можно ближе к вершине. Для этого из всех шкафчиков были собраны детские расчески и аккуратно размещены перед самым обедом в тарелки с уже налитым супом. После того, как суп был съеден, а  воспитательница  приведена в вертикальное положение с помощью нашатырного спирта, Боримечката, не дожидаясь массовых репрессий, отважно поднял руку и взял всю ответственность на себя. Это был первый пиар-ход в жизни Боримечката, поднявший его авторитет среди детворы  на недосягаемую высоту. За это Боримечката был поощрен самой уютной кроваткой, самым красивым шкафчиком для вещей и самым эргономичным горшком с подлокотниками и спинкой. На все эти предметы были повешены бирки с рисунками автомата Калашникова, свидетельствующие о принадлежности этих вещей Боримечката.

Боримечката быстро втянулся в этот коллективный этнос, не забывая взращивать при этом свою собственную  харизму. Его устраивало все, кроме послеобеденной сиесты. Он считал глупостью тратить два часа светового дня на рассматривания потолка, стен и посапывающих коллег. Предпринятая попытка заменить себя под одеялом игрушечным деревянным самосвалом была жестко пресечена воспитателем  в самый ответственный момент, когда, Боримечката, пыхтя и надрываясь, затаскивал дубовый КРАЗ на кровать.

А еще, Боримечката очень нравилось возвращаться из садика домой без конвоя. Ему иногда разрешали, благо до дома было близко. Близко, не близко, но, Боримечката успевал подраться по дороге со всей улицей. Его оппоненты, иногда, были старше Боримечката в два раза. Это его нисколько не смущало. Боримечката приходил домой зареванный и счастливый. На следующий день, под охраной деда, он гордо шествовал в садик, показывая всем встречным школьникам неприличные жесты. Так он формировал развлекательную базу на обратную дорогу вечером.

Однажды летом, Боримечката сообщили новость, что он уже взрослый, больше не пойдет в свой любимый садик, а потопает в школу. Боримечката страшно расстроился. До школы было максимум сорок метров. На таком расстоянии от дома, не то, что подраться, даже плюнуть ни в кого не удастся. И к тому же, Боримечката, как и Конфуций, страшно не любил перемен.

Боримечката ради проформы поинтересовался, а нельзя ли оставить все как есть, и, получив отказ, стал готовиться к школе.

***

Первого сентября с огромным букетом пионов, прищуренными глазами, в элегантном костюме и в лаковых ботинках, Боримечката перешел через дорогу и оказался в школе.  Там было полно народу. Красивые тети с начесами, в нарядных белых бантах и коротких школьных формах наводнили двор, но, сегодня, Боримечката было не до эротики. Он пытался отыскать своих будущих одноклассников, с которыми можно подраться, или, на худой конец, одноклассниц, которых можно подергать за косы безболезненно. Удача сегодня отвернулась от Боримечката. Ни тех, ни других он не наблюдал. Боримечката решил, что всему виной его красивый букет и, он, как американская невеста быстро швырнул его не глядя, назад. Кто-то вскрикнул, Боримечката обернулся и увидел, что его цветы держит в руках красивая высокая женщина. Она поманила его пальцем, аккуратно и не больно схватила  за ухо и поставила в строй, таких же первоклашек. Так Боримечката познакомился со своей первой учительницей.

Его партнершей по строю оказалась самая маленькая и самая кудряво-смугленькая  девочка. Боримечката сразу насупился. Ему хотелось ворваться в  школьную программу, держа за руку красивую высокую блондинку. Но, наверное, таких не нашлось на складе РОНО и пришлось довольствоваться синицей в руках.

Боримечката не терпелось скорее попасть в класс, где можно вдоволь наесться мела и покататься на огромных деревянных счетах, о которых ему рассказывал его кунак Юрдан Апостол.

Наконец, торжественная часть молебна, то бишь, линейки закончилась и новоиспеченных школьников повели в класс. Боримечката успел по дороге дать портфелем по голове, какому то верзиле, и совершенно зря. Как потом выяснилось, он полностью раскрошил содержимое своего пенала. И когда нормальные дети, высунув языки от усердия, считали свои разноцветные палочки и аккуратно записывали всю эту бухгалтерию химическими карандашами себе в тетради, Боримечката ревел как худой поросенок, держа в руках остатки своей канцелярии. Попытки реквизировать канцтовары у соплеменников не увенчались успехом, и остаток урока Боримечката провел в углу, изнемогая от любопытства, что же там делается за его спиной, в классе.

Вторым уроком было чтение и все дети, включая Боримечката, достали азбуки. Надо отметить, что Боримечката летом времени даром не терял и немного усовершенствовал  свой учебник. Ему показалось недоскональным и не соответствующим истине размещение букв и рисунков под ними. Поэтому, все буквы в верхних углах страниц были аккуратно вырезаны и приклеены, по разумению Боримечката  на соответствующие страницы. Например, буква «А» была отчленена от арбуза и на ее место прилеплена «Д». Дело в том, что азбука и школа были русские, а Боримечката и портфель болгарами.

Катавасия началась сразу же,  как только Боримечката открыл свою креативную азбуку.  Он безапелляционно заявил, что единственно-правильный вариант находится у него, а все остальное от лукавого. Вероятно, в это момент Кирилл и Мефодий перевернулись в гробах.

После всех этих приключений и переживаний, Боримечката  еле приволочил ноги домой и забылся сладким сном. Он устал как металл. Свой первый школьный день он запомнил на всю жизнь.

***

Очнувшись от первого школьного дня, Боримечката приступил к выполнению первого в своей жизни домашнего задания. Он аккуратно зашторил окна и включил зеленую лампу. Затем открыл хрустящую от девственной белизны и чистоты тетрадь в клетку. На первой странице учительницей были нарисованы таинственные символы, которые, Боримечката предстояло размножить аж в две строчки. Это были два перпендикуляра, соединенные между собой перекладиной.

Боримечката охватило страшное волнение. Может быть, это напомнило ему, что-то из прошлой жизни. Высунув язык от волнения, Боримечката с благоволением, которому позавидовал бы Иван Федоров, взял в руки химический карандаш и аккуратно его облизал. Затем интимно прикоснулся к бумаге, намереваясь как мощный ксерокс точно скопировать символ, нанесенный мудрым преподавателем. Огромное фиолетовое пятно, напоминающее по форме большую спираль Млечного пути, возвестило, что концентрация слюны на кончике карандаша превышала предельно допустимую  в миллион раз. Боримечката оторопел. Он тогда еще ничего не знал обо всех бактерицидных свойствах химических карандашей, но интуиция подсказывала ему, что случилось, что-то непоправимое.

Решение проблемы пришло мгновенно. Первый лист был вырван с корнем. Но облегчения это не принесло. Зверское пятно успело проникнуть на вторую страницу. Боримечката захлопнул тетрадь. При этом из нее выскочил последний лист — родной брат первого листа. Это повергло Боримечката в шок. Тетрадь похудела на десять процентов.

Боримечката закрыл глаза и сосредоточился. Он понял, что листы больше рвать нельзя. Тетрадь была подписана и, поменять ее тоже нельзя. Можно было разогнуть скрепки и вставить туда недостающие листы, но Боримечката четко знал, что неправильное решение проблемы ведет только к ее усугублению. Могли, например, поломаться скрепки. Поэтому, Боримечката решил выбрать самый оптимальный путь развязывания конфликта с математикой.

Для начала он мысленно перебрал все имеющиеся в его распоряжении инструменты и материала. Взяв в руки ластик, Боримечката кровожадно усмехнулся. Фиолетовая клякса в ужасе съежилась.

Две минуты интенсивного труда наглядно показали превосходство искусственных полимерных каучуков над целлюлозой. Разгром был ошеломляющим. В тетради зияла дырка, в которую свободно пролезал мизинец.

Боримечката быстро вскочил и  подпер дверь стулом. В любой момент могла ворваться галактическая полиция и арестовать Боримечката за хамское отношение к знаниям. По крайней мере, так казалось Боримечката.

Теперь надо было думать в три раза быстрее. До прихода земных родителей оставалось чуть больше десяти минут. Боримечката понял, что даже обратиться к бравому деду уже не удастся. Слишком мало времени.

И, Боримечката, принял единственно правильное и быстрое решение. Он взял флакон клея и аккуратно вылил на каждую страницу. Потом  положил утюг на закрытую тетрадь и включил его в розетку, что бы ускорить процесс диффузии частиц клея в целлюлозу. Эффект был потрясающий. Целая и аккуратная на вид тетрадь превратилась в монолит, открыть каждую из страниц, которой, не смог бы самый могучий из атлантов.

Сняв с себя вину и полностью переложив ее на целлюлозно-бумажную промышленность, которая, якобы выпускает бракованные тетради, Боримечката зашел в столовую и элегантно занял свое место за столом, в ожидании аппетитного куска баранины с булгуром. Утюг оставался включенным.

***

После отъезда бравых пожарных, Боримечката был вызван на допрос с пристрастием. Следствие длилось недолго. Боримечката защищался как Сократ, ломая все причинно-следственные связи, предъявленного ему обвинения, но приговор был скорым. Вареное яйцо за завтраком без соли, чай без сахара, и хлеб без масла. И все это в течение целого месяца. Для Боримечката это было равносильно пожизненной каторге, но он честно отмотал весь срок, за исключением того, что иногда залезал в  кошару и лизал вместе с овцами огромные соляные глыбы, выставленные для предотвращения авитаминоза и гипогликемии  этих благородных животных.

Овчарки с удивлением косились на этот процесс превращения Боримечката в козленка и обратно, но ничего не предпринимали. Видимо  в детстве мамы рассказывали им сказку о сестрице Аленушке и братце Иванушке.

***

Как бы там ни было, но следующий поступок, с точки зрения взрослых — преступление, Боримечката, затмило в родном селении даже убийство Кеннеди. О нем судачат до сих пор.

Однажды утром, Боримечката сообщили, что после школы он будет поощрен путешествием к ближайшим родственникам в сопровождении конвоя из родителей. Боримечката обрадовался возможности посетить дальний кордон и продемонстрировать бабушкам и дедушкам свои последние шедевры из области грубой площадной ругани, над которыми он корпел последние полгода.

Вернувшись из Альма-матер, Боримечката был поражен известием о том, что уехали без него. Рыдания, застрявшие  в горле, готовы были уже вырваться на свежий воздух и, перемешавшись с новейшими матерными изысканиями возвестить Миру о высокой степени горечи и негодования, окутавшие Боримечката, но он железной волей подавил эти девчачьи инсинуации и решил немного подумать.

Через пять минут план был готов. Бросок через пандаклийский перевал для семилетнего пацана, даже теоретически был невозможен. Но, Боримечката, начитавшись мифов о древних спартанцах, решил, что данный маршрут ему по плечу. Составив технико-экономическое обоснование, Боримечката, еще раз убедился в возможности данного мероприятия.

Четыре рубля шестьдесят восемь копеек плюс один рубль на непредвиденные расходы были выужены финским ножом из деревянной копилки без всякого видимого ущерба для последней.

Итак, двадцать шесть километров по дикой местности, Боримечката предстояло преодолеть за два часа каким либо транспортом или за семь часов пешком. За это время его должны были не хватиться.

Для осуществления плана очень важно было замылить бдительное око деда. Не дать ему заподозрить Боримечката в каких то противозаконных кознях. Пять стаканов старого доброго Алиготе усыпили бдительность Георгиевского кавалера и, Боримечката,  экипированный как Амундсен вышел на горную дорогу.

На улице стоял вялый декабрь. Еще не зима, но уже не лето. Через несколько минут Солнце должно было завалиться спать за горизонт, но, увидев, Боримечката решило посмотреть, что удумал этот сорванец, и задержалось на небосводе дольше обычного.

Как бы читая мысли Боримечката, из-за поворота вынырнул старенький Чавдар. Боримечката поднял руку с оттопыренным пальцем, в знак того, что  у него есть деньги и полномочия на это путешествие. Обдав, Боримечката пылью и копотью старого четырехцилиндрового дизеля автобус остановился, двери открылись, и водитель вопросительно посмотрел на вошедшего Боримечката.

Боримечката сразу же доложил,  что в районе населенного пункта «Б», прямо на остановке, его ждут мама и конфеты, после чего торжественно вручил водителю один рубль пятьдесят копеек. Такой аттракцион невиданной щедрости окончательно развеял все сомнения шофера, и автобус на сверхзвуковой скорости устремился к краю Ойкумены. К этому времени окончательно стемнело и, Боримечката любовался своим фантастическим отражением в окне.

***

Наступило время «Ч», а вместе с ним и пункт «Б». Боримечката вышел в проход между креслами и, поправляя амуницию, ждал остановки, что бы десантироваться. Автобус, скрежеща тормозами (создавалось впечатление, что он бросает якорь) остановился, дверь открылась и, Боримечката вступил во тьму. Это был затерянный мир. Если бы сейчас из темноты вынырнул динозавр, Боримечката нисколько бы не удивился.

Единственное звено, связывающее Боримечката с цивилизацией, мигая катафотами и урча трансмиссией, исчезло во тьме.

Надо было сориентироваться и, Боримечката посмотрел на звездное небо, такое родное и близкое, самый надежный  союзник во все времена. Созвездие Дельфина четко показывало семь часов вечера. Боримечката шел по графику. Полярная Звезда приглашала следовать за собой. До конечной точки было рукой подать. Боримечката пока не чувствовал никакого дискомфорта. Его терзала только одна мысль — действует ли еще вино на деда. Надо было добраться до места назначения задолго до того, как ветеран очнется и, не найдя Боримечката, снимет со стены свою трехлинейную винтовку.

Провидение сегодня благоволило к Боримечката. Вдали показались мощные огни, и, Боримечката, заранее поднял правую руку, встав при этом на придорожный камень, что бы выглядеть в свете фар взрослым.

Через мгновение возле Боримечката остановился сверкающий лайнер. Боримечката никогда не видел такой роскоши и даже открыл рот от удивления. Но тут же его захлопнул, что бы не выглядеть лохом в глазах элегантной публики, с удивлением рассматривающей новоявленного Питера Пэна.

Боримечката деловито вошел и предложил второму водителю уступить ему место на вращающемся кресле гида и подкрепил свои слова звонкой пятидесятикопеечной монетой, что в десять раз превышало таксу. Водители ошалели и спросили, куда вести маленького господина. Боримечката назвал адрес, и те сказали окей.

***

В это время над автобусом, осветив его прожектором, пролетел вертолет и скрылся за деревьями. Боримечката наблюдал, как луч света мечется по кустам. Наверное, баран потерялся, подумал Боримечката.

Наконец, Боримечката оказался у последней черты, отделяющей его от теплого коттеджа. Попрощавшись с водителями и пассажирами, он ступил на тропинку и двинулся к гребню холма. Взобравшись на него, Боримечката был потрясен открывшейся перед ним картиной. Обычно сонное селение, сейчас было освещено сотнями огней. Рыхля землю, всюду сновали боевые машины десанта, трактора и НОНы. Из грузовиков выпрыгивали пограничники с собаками. Чабаны, в свете фар, опирались на винтовки и нервно курили. Время от времени небо распарывали осветительные ракеты.

Боримечката подумал, что началась война, и радостно потер руки. Но, потом, сопоставив нынешние факты с вертолетом, понял, что всю эту кутерьму затеяли из-за него. Задача существенно усложнялась.

Помпезного и торжественного вступления в аул перед ошарашенными  родственниками уже не будет. Теперь, наоборот, надо было незаметно прокрасться мимо всех постов в дом, найти нужную кровать, незаметно раздеться и лечь спать. А потом, невзирая ни на, что утверждать, что приехал с родителями и ни в коем случае не признавать себя виновным, как учил его дед, иначе потом буде хуже в два раза.

Прокрутив в голове всю стратегию еще, раз, Боримечката нашел ее единственно правильной и великолепно ее осуществил. Более того, он умудрился улечься в комнате, в которой через пять минут началось экстренное заседание штаба по поимке беглеца.

Боримечката навострил уши под покрывалом. Докладывал лично генерал Пикаускас — командир десантной дивизии. Слышно было, как всхлипывает мама Боримечката, но обнаружить себя сейчас не было никакой возможности. Генерал сказал, что после того, как узнали, что беглец- маленький Боримечката, статусу происшествия сразу присвоили красный цвет. Было поднято по тревоге, все, что двигается, летает и стреляет. Все люки стратегических шахт РВСН наглухо задраили, потому, что это маленькое чудовище могло залезть в любую из них и улететь на ракете в Нью-Йорк  «к ебене матери». Так и сказал «к ебене матери». Боримечката съежился под одеялом.

В операции задействованы русские десантники, румынские жандармы, болгарские пограничники и чабаны всех национальностей.

Допрошенный водитель первого автобуса пояснил, где он высадил Боримечката и поэтому район поисков значительно сузился.

-Сдал, сука! — подумал Боримечката.

Десантники растянулись в цепь перпендикулярно Дунаю до ближайшего населенного пункта. Жандармы шли им навстречу. От Дуная шагали пограничники. Навстречу им чабаны. В той точке, где встретятся эти четыре силы и должен находиться Боримечката. Если его там нет, в это место можно будет, согласно теории Архимеда, воткнуть лом, перевернуть Землю и поискать его на другой стороне. После этих слов, Боримечката почувствовал, как у него засосало под ложечкой. Самое лучшее в данной ситуации для него – это быстро заснуть по настоящему, что он немедленно и сделал.

***

Боримечката проснулся от чувства, что на него кто-то смотрит. Открыв глаза, он увидел, что  помещение битком набито людьми. Десятки глаз по — доброму сверлили его. Стояла жуткая тишина. Боримечката протер глаза и спросил, по какому поводу собрание. Неужели приехал Оззи Осборн и для Боримечката приготовили место в первом ряду.

Все заорали и наперебой кинулись обнимать, тискать, целовать и лупить Боримечката одновременно. Никто не стал его ни о чем спрашивать, и все тезисы, заготовленные заранее, Боримечката, оказались лишними.

Что бы как-то обозначить всю эту беготню с войсками возле границы и успокоить НАТО, решили назвать ее  международными учениями «Содружество-74».  В конце устроили показательные прыжки с парашютами, и на этом все закончилось.

Ах, да. Начальство вручило Боримечката грамоту за отвагу, а отец объявил Боримечката десять суток ареста, с содержанием дома, в одной комнате. После всех треволнений это было даже на руку Боримечката. Первые трое суток он проспал, остальные семь потратил на изучение книги о действиях сельскохозяйственных предприятий во время атомной войны………………………….